Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
12:22 

stink-uinki
"Передайте русским: бросайте пить водку и начинайте принимать психоделические вещества! Идите в лес, поищите маленькие красные грибочки." (с) Рей Манзарек
17.09.2015 в 02:17
Пишет kurufin_the_crafty:

Juditha triumphans devicta Holofernis barbarie (RV 644)
Vivaldis first edition of Juditha triumphnas.jpgРебята, а у меня тут очень хорошая "Юдифь" нашлась!

Modo Antiquo & Choeur de chambre de Namur
Con. Federico Maria Sardelli
Juditha - Ann Hallenberg
Holofernes - Delphine Galou
Vagaus - Nicky Kennedy
Abra - Loriana Castellano
Ozias - Rosa Bove

Состав - отличный, оркестр - замечательный, ну а что сама оратория у Вивальди так хороша, что драматизьму в ней на три барочные оперы хватит, - так это и говорить нечего. :-))

Историческая справка:

Написана "Торжествующая Юдифь" была то ли в 1716 году, то ли зимой 1717-го (впрочем, по венецианскому календарю - все равно в 1716-м: они там вплоть до наполеоновского нашествия упорно праздновали новый год 1 марта). В общем-то, это был чистой воды политический заказ: как раз в это время Венеции удалось вышибить турок из окрестностей Корфу (правда, не всего острова, а только города, но радости все равно было выше крыши). Посему подразумевалось, что Юдифь, отрезавшая голову ассирийскому полководцу Олоферну, символизирует Венецианскую республику, сам Олоферн - турецкого султана, ассирийские войска - османские полчища и т.д., и т.п.

Предназначалась оратория для исполнения в венецианском Оспедале делла Пьета (то бишь, если по-русски, в Богадельне Милосердия) силами местного сиротского хора и сиротского же оркестра. Кто не в курсе, не смейтесь: венецианские (как и неаполитанские) богадельни - мощнейшая музыкальная сила того времени. Сейчас, чтобы исполнить то, что сочинялось для этих приютских сироток, приходится брать лучшие оркестры и приглашать самых крупных барочных звездищ. Так что венецианские сиротки действительно были ого-го. :-))

Краткое содержание (на этот раз действительно краткое) плюс куски с русскими субтитрами

Judith Holofernes Giorgione.jpgПредыстория по "Книге Иудифи": подлые ассирийские оккупанты осадили иудейский город Ветилуя и перекрыли ему воду и свет. Ветилуйские горожане терпели-терпели, но в конце концов пристали к своим градоначальникам с ножом к горлу: сдавайте, мол, город ассириянам, а то мы все тут от жажды умрем.

Градоначальники почесали затылки и порешили: так, мол, тому и быть. Подождем пять дней, и если Бог нам не поможет, сдадим город к чертовой матери. Но тут явилась к ним прекрасная, но благочестивая вдова Юдифь и начала укорять: а что это вы тут, уважаемые градоначальники, Господа Бога шантажируете и сроки ему выставляете? Вот я прям щас отправлюсь к ассирийскому полководцу Олоферну и милостию небес всех победю. Только каким образом - этого я вам не скажу, просто выпустите меня из города в ассирийский лагерь, а там увидите, что будет.

На этом предыстория заканчивается и начинается либретто :-)). Либретто латинское (надо понимать, для пущей торжественности - в тогдашней Венеции в таких случаях обычно обходились нормальным итальянским языком), авторства некоего Джакомо Кассетти, и вроде бы как автор (совместно с Вивальди) изначально получил от венецианской инквизиции предупредительный втык - дескать, сюжет слишком легкомысленный. Тут, понимаете, великая историческая победа Светлейшей республики, а вы нам всяких веселых вдов подсовываете, пусть даже и библейских - НИХАРАШО!..

Но с инквизицией в конце концов все как-то устаканилось, и вообще свой Корфу Венеция потом снова просрала, зато оратория осталась жить в веках, так что и на том спасибо.

Начинается оратория с воинственного хора, описывающего, какой кругом творится трындец, и супостата Олоферна, хвастающегося, что круче его только яйца и выше его только горы. Партия супостата написана для контральто, и Галу в ней хороша, как ясно солнышко.

Как только слушатели, по рассчетам Вивальди, в должной мере убедились в крутости ассирийских оккупантов, к ясному солнышку Олоферну прибегает другое ясное солнышко - евнух Вагой (он же Вагаус, он же вроде как исторический Багой-Багоас, подвизавшийся при персидском царе Артаксерксе). Вагой в исполнении Кеннеди тут действительно ясно солнышко - веселый-шустрый-позитивный и всем бочкам затычка: стол для господина накрыть, постельку постелить, бабу свежую привести - Фигаро здесь, Фигаро там, короче.

Кстати о бабах: Вагой сообщает Олоферну, что к нему прибыла matrona inimica - дама из враждебного лагеря, и уж такая дама - прямо всем дамам дама! Олоферн: ладно, дама - это завсегда хорошо, скажи, пусть заходит - небось, клянчить чего-нибудь приехала.

Тут нашему вниманию представляют саму Юдифь и ее служанку Абру. Попев про то, что они не ради себя, грешных, а токмо волею пославшей их родины, отважные тетки смело въезжают в стан врага. Оккупационные войска (и евнух Вагой тоже!) тут же охреневают от Юдифиной красоты, складываются штабелями и препровождают Юдифь к начальству.

Начальство в лице Олоферна тоже складывается в штабель и с трудом соображает, о чем это прекрасная дама его просит - а просит она, ни много ни мало, мира для Ветилуи. Впрочем, чего бы ни просила - сложившийся в штабель оккупант уже на все заранее согласен.

Влюбленный Олоферн:

Vivaldi, Juditha triumphans - Magna, o foemina... - Sedi, o cara (Russian subs) from Kurufin Crafty on Vimeo.

Непосредственное продолжение: Олоферн приглашает Юдифь на пир, Юдифь жалуется на диету на свою тяжелую жизнь и поет охренительную арию №1 - про ласточку (ну да, здравствуй, милое барокко: как не голубка, так ласточка...):

Vivaldi, Juditha triumphans - Tu Judex es... - Agitata infido flatu (Russian subs) from Kurufin Crafty on Vimeo.

Кстати, в других версиях про эту ласточку поет не Юдифь, а Олоферн: ну да, впрочем, по сюжету как раз совершенно по барабану, кому ее петь...

В общем, повелел Олоферн накрыть праздничный стол. Накрывать прибежал самолично евнух Вагой - все обустроил, привел Юдифь к столу и служанку ее Абру тоже по доброте душевной пригласил: отдохни, мол, с нами, девушка, возвеселись в сердце своем. Абра, однако, обиделась во все поля - вольности, дескать, какие! - но заявила, что на пир все равно пойдет, а то ж негоже хозяйку одну бросать.

Юдифь в благодарность поет Абре охренительную арию №2 - и ария эта, вы будете смеяться, ПРО ГОЛУБКУ:

Vivaldi, Juditha triumphans - Tu quoque hebraica ancilla... - Veni, veni, me sequere fida (Russian subs) from Kurufin Crafty on Vimeo.

Вот эта симпатичная дудка, которая тут солирует, - это сопрановый шалюмо, престарелый дядюшка то ли современного кларнета, то ли современного гобоя, то ли обоих сразу.

Абра в ответ поет Юдифи ободряющую арию на тему "все-будет-хорошо", после чего сообщает, что слышит голоса в голове - это до ассирийского лагеря доносятся молитвы ветилуйских дев за Юдифь. И таки действительно доносятся - очень тихо и очень жалобно:

Vivaldi, Juditha triumphans - Mundi Rector de Caelo micanti (Russian subs) from Kurufin Crafty on Vimeo.

Lucas Cranach d. Ä. - Judith with the Head of Holofernes - WGA05721.jpg

На этом первая часть оратории заканчивается и начинается вторая. Начинается она с градоначальника Озии, храбро отсиживающегося в укрепленной Ветилуе, пока две тетки рискуют жизнью в тылу врага. Озия сообщает почтеннейшей публике, что было ему видение: таки все действительно будет зашибись и Юдифь вернется с победой.

Тем временем, Юдифь пирует с Олоферном. То есть, это Олоферн пирует, а Юдифь сидит рядом и нудит на благочестивые темы: гроб-гроб-могила-мы-все-умрем все суета сует, годы летят ("Transit aetas" ), надо бы и о душе подумать. Олоферн: ой, ладно, насчет души давай завтра, а сегодня давай лучше выпьем и телом займемся! Юдифь: грешник ты, буду я молиться за твое спасение (интересное обещание - с учетом что в ближайшие же два часа она планирует отрезать Олоферну голову). Олоферн: ну ок, вот за спасение и выпьем! - "и немедленно выпил" (с).

Надо понимать, это был не единственный тост, потому как по итогам пира Олоферн так наспасался, что уснул крепким сном, не дотянув, собственно, до главных развлечений вечера. Тут же прибежал верный Вагой, оттащил хозяина в постельку, приказал прибрать со стола и отчитался Юдифи: типа, все готово, отдыхайте, прекрасная дама, никто вас не потревожит.

Далее все развивается в полном соответствии с библейским сюжетом: Юдифь остается наедине со спящим Олоферном, в формате аккомпаньято-ария-аккомпаньято отпиливает ему голову, зовет Абру, и обе тетки, упрятав голову в мешок, спешно выдвигаются в сторону родной Ветилуи.

Утро следующего дня: Вагой заходит в хозяйский шатер и обнаруживает обезглавленный труп. И вот тут приходит время для охренительной арии №3 - она же, по совместительству, единственный хит из "Юдифи", знакомый широкой публике, - "Armatae face et anguibus":



Vivaldi, Juditha triumphans - Jam non procul... - Armatae face et anguibus (Russian subs) from Kurufin Crafty on Vimeo.

Как видим, ария ярко демонстрирует все трудности бытия Вагоя в вивальдиевской "Юдифи" :-))). Почти всю ораторию он, бедный, хреначит в чисто сопрановом диапазоне - чтобы потом в финале вдруг оказаться перед лицом необходимости лезть в почти контральтовые низы. :-)) Оно, конечно, с учетом этой "Armatae face" на роль Вагоя лучше всего подошло бы колоратурное меццо - вот вроде как у Кожены:



Но, с другой стороны, Кеннеди со своим прозрачным тембром так здорово вносила разнообразие в это плотное меццо-контральтовое царство, что у меня язык не поворачивается ее в чем-то упрекнуть: фиг уж с ними, с низами... :-)))

Ну и, наконец, финал оратории: градоначальник Озия совместно с хором ветилуйских горожан празднует победоносное возвращение Юдифи (развитие линии Вагоя с его драматическими угрозами либреттист нахально дропнул - а жаль...).
Попутно Озия прямым текстом объясняет для тупых для тех, кто до сих пор не понял: Юдифь - это Венеция, Ветилуя - Корфу, Олоферн - турецкий султан, и вообще Светлейшая республика всех-всех победила, а если вдруг кого еще не победила, то все равно очень скоро победит:

Vivaldi, Juditha triumphans - Ita decreto aeterno... - Salve invicta Juditha (Russian subs) from Kurufin Crafty on Vimeo.

Полностью все это дело можно послушать-посмотреть на ютубе, куда добрые люди выложили всю запись целиком. Субтитров там, правда, нет, но могу предложить либретто с параллельным английским переводом, а если кому удобнее итальянский - то и с итальянским.



Еще есть неплохое видео с Венецианским барочным оркестром - но тут, к сожалению, совершенно никакая Юдифь. :-(( Так что по сравнению с сарделлиевской версией трубы у венецианцев вышли пониже и дым пожиже. Зато у них отличный Олоферн-Нези, хороший Вагой-Говен и распрекрасный Озия в лице Ромины Бассо (которая мне нравится больше, чем Бове). И еще, в отличие от версии Сарделли, тут правильный хор - чисто женский.

Кстати, в оркестровом вступлении к первому хору на раз-два опознается начало Gloria in excesis из "Глории" RV 589 - да, Вивальди старый зануда, "сочинивший один концерт и повторивший его триста раз" (с).



Хотя, на самом деле, какой там в точности был хор во времена Вивальди - загадка загадок. В дошедшей до нас партитуре расписан он как страндартный четырехголосный: сопрано, альты, тенора и басы. Вопрос: откуда в чисто женском хоре приюта делла Пьета ТЕНОРА И БАСЫ, БЛИН??? Приглашали со стороны? Сильно сомнительно: в Пьета и преподавателей-то мужского пола брали исключительно со скрипом. Значит, обходились своими силами - но как, сэр?

В довершение всех непоняток, в сохранившихся списках хористок приюта Пьета имеются совершенно крышесносные записи вроде "Антония, тенор", или, того веселее, "Чечилия, бас" (!!!). Что сие значит - опять же, хрен поймешь. Положим, контральто с хорошими, мощными низами запросто может гулять по всей малой октаве как у себя дома, не вопрос. То бишь, теноровый диапазон тетка-контральтистка вполне себе покроет - но с басовым что делать-то? Это ж уже не контральто, это баба Яга в тылу врага и исключительно редкий природный феномен! Такое, конечно, тоже бывает, но сколько таких феноменов можно набрать в отдельно взятом сиротском приюте, чтобы обеспечить всю басовую секцию?

Барбье в своей книжке "Венеция Вивальди" считает, что самая вменяемая версия - это что все мужские партии для женских хоров тупо переписывались на октаву выше. Получалось приблизительно следующее: первые сопрано поют сопрановые партии, вторые сопрано - теноровые, переписанные на октаву выше, первые альты - альтовые партию, вторые альты - басовые, переписанные на октаву выше. Вполне возможно, где-то так все и было. По крайней мере, сейчас, когда исполняют венецианский "приютский" репертуар, обычно так и делают.

Вообще, эти венецианские музыкальные приюты-оспедале - самая странная штука в мире. Лучшие (реально самые лучшие) педагоги и композиторы Италии учили музыке девочек-сироток, которым никогда не было суждено выйти на сцену. Выступать они могли, только пока жили в приюте, и то публика их никогда толком не видела - хоры, где располагались оркестрантки и хористки, были забраны деревянными решетками. Публика могла их знать только по именам (без фамилий - фамилий у многих из этих сирот-подкидышей и в принципе-то не было): Агатина из Пьета, Грегория из Инкурабили, Анзолета из Мендиканти и т.д., и т.п.

При этом фанатов у этих Агатин и Анзолет могло быть не меньше, чем у нынешних поп-звезд первой величины. Но если эти звездищи решали покинуть приют, чтобы выйти замуж, с них брали письменное обязательство никогда не выступать на публике с пением и игрой на музыкальных инструментах. В случае нарушения с девушки взыскивалась сумма приданого, которое выдал ей приют: в 18 веке это до 3 000 дукатов - очешуительные деньжищи по тем временам.

Были, конечно, и своекоштные ученицы - взятые, так сказать, на контрактное обучение. Сиротами они не были, приданого им никто не давал, и после выхода из приюта они могли были вправе пойти куда угодно - хоть на оперную сцену, хоть в бордель. Но основному контингенту приходилось выбирать: или в музыку, или в замуж, или в монашки (тогда приданое от приюта засчитывалось как взнос в монастырь).

Те, кто выбирал музыку, оставались в приюте в качестве учителей. Кстати, если кто думает, что в приютских хорах распевали исключительно юные девочки-припевочки, вроде Консуэло, то это, мягко говоря, совсем не так. Сольные партии как раз предпочитали давать вот таким вот солидным взрослым теткам - бывшим хористкам-воспитанницам, которые с возрастом переквалифицировались в преподаватели. До нас даже дошли имена солисток, выступавших на премьере "Юдифи":

Юдифь - Катерина, контральто
Олоферн - Полония (или Аполлония), контральто
Вагой - Барбара, сопрано
Абра - Сильвия, контральто
Озия - Джулия, контральто


(все эти имена - из пометок в партитуре, хранящейся в римской Санта-Чечилии).

При этом Абре-Сильвии на момент премьеры было глубоко за шестьдесят (судя по приютским записям, она родилась около 1650 года), а Олоферну-Полонии - двадцать четыре (родилась в 1692 году). Больше о биографии исполнительниц нифига не известно - кроме того, что все пятеро были звездами барочной Венеции, хотя из-за приютских правил, как уже говорилось, в лицо их публика знать не знала.

Тут нам, конечно, повезло куда больше: на наших-то современниц глазей - не хочу. :-)) И на оркестр поглазеть можно с его любопытными инструментиками: кроме шалюмо в арии про голубку, имеется еще виоль д'амур (у "Модо антикво" - очень скрипучая, у Венецианского барочного - не очень) с соло в "Quanto magis generosa", а у Сарделли аккурат перед моментом отрезания Олоферновой головы на сцену вытаскивают английские виолы (потом приходится уносить обратно - а то виолончели с контрабасами девать некуда, певцы о них спотыкаются).

В общем, очень поучительно. :-)))

URL записи

@темы: музыка - клипы

URL
   

Ein armes Blut. Junges Blut.

главная